+90 552 842-78-96
30 Ноября 2020

Русская армия в турецком Галлиполи. История ХХ века

«Долина смерти и роз»... Полуостров Гелиболу, бывший Галлиполи, стал свидетелем стойкости и верности воинов Русской армии. В 1920 году белое движение в России заметно ослабело. Его международная поддержка почти прекратилась. Красные одержали ряд убедительных побед. Вооруженные силы Юга России (переименованные затем в Русскую армию), ранее контролировавшие весь юг страны, отступали. С апреля 1920 года командование перешло к генерал-лейтенанту П. Н. Врангелю.

Основная часть белых войск отходила в Крым. Строя оборонительную систему и проводя административные реформы, Врангель трезво оценивал положение полуострова: «Не триумфальным шествием из Крыма к Москве можно освободить Россию, а созданием хотя бы на клочке русской земли такого порядка и таких условий жизни, которые потянули бы к себе все помыслы и силы стонущего под красным игом народа».

Но 28 октября части Южного фронта под командованием М. В. Фрунзе перешли в контрнаступление. Несколько дней красные не могли сломить оборону защитников Крыма, несмотря на превосходство в живой силе и вооружении, но 11 ноября оборона Перекопа пала. В Крым ворвалась Красная армия. Врангель объявил о начале общей эвакуации. 

Путь в ТурциюГенерал-лейтенант П. Н. Врангель

14–16 ноября стали выходить в море корабли из Севастополя, Ялты, затем из Феодосии и Керчи. На 138 судах разместились войска, семьи офицеров, часть гражданского населения. Общее количество эмигрантов доходило до 145 тысяч. Эвакуация спасла жизни многих людей от братоубийственной войны.

В сущности, они плыли на произвол судьбы. Ни одна из иностранных держав не давала согласия на принятие эвакуированных.

С 17 ноября корабли после нелегкого перехода стали прибывать в Константинополь. Беженцам пришлось простоять на рейде две недели. Как образно выразился очевидец событий писатель Иван Лукаш, «в те дни стояла у всех на душе студеная, черная ночь». Солдаты и офицеры считали: на них лежит ответственность за то, что случилось с Россией, ведь они, давшие присягу, с оружием в руках, не уберегли родину. Мало кто мог смотреть на это более философски. 

После поражения Турции в Первой мировой войне на ее территорию вошли войска Антанты. Турецкая столица была оккупирована союзническими частями. В стране действовало два правительства — старое султанское в Константинополе, подконтрольное союзникам, и республиканское правительство Мустафы Кемаля в Ангоре, боровшееся за независимое национальное государство.

По прибытии в пролив Босфор на переполненных пароходах были подняты французские флаги — это означало, что Франция, признавая свои обязательства по отношению к правительству Юга России, берет русских эмигрантов под покровительство. Начались переговоры с оккупационными властями. Врангель настоял на том, что Русская армия как организованная сила должна быть сохранена. Союзники потребовали передать им в качестве компенсации все корабли. Скрепя сердце Врангель согласился: приходилось в первую очередь думать о спасении людей. Он рассчитывал на скорое крушение большевистской власти под ударами массовых народных восстаний — и полагал, что штыки его армии еще понадобятся.

«Мы имеем право не просить, а требовать, потому что то дело, которое мы защищали, было общим делом и имело мировое значение… Мы выполнили наш долг до конца, и мы не виноваты в исходе этой борьбы. Виновен весь мир, который смотрел на нас и не помог нам», — утверждал Врангель

Антанта допускала возможность привлечь русские части к борьбе с кемалистами, с которыми безуспешно воевало тогда султанское правительство. Однако замыслы эти были сорваны бунтами русских солдат, не понимавших, зачем они должны после окопов Первой мировой и Гражданской еще и драться с одними турками ради других. Естественно, султанское правительство не оценило их пацифизма. 

Жизнь в лагереРусский парад в Галлиполи

Наконец армии было разрешено сойти на берег. Теперь она сводилась в три корпуса: 1-й Армейский, Донской казачий и Кубанский казачий. Для 1-го Армейского корпуса предназначался лагерь на полуострове Галлиполи (западный берег пролива Дарданеллы). Прозванный русскими военными «Голое поле», он станет одним из символов эмиграции.

22 ноября 1920 года на рейде портового городка Галлиполи (теперь — Гелиболу) встали первые русские пароходы «Херсон» и «Саратов». Командование войсками в Галлиполи принял на себя генерал А. П. Кутепов. В городке части корпуса не могли поместиться. Для лагеря отвели «Долину роз и смерти» в нескольких километрах от города, названную так за обилие ядовитых змей. Скалы, овраги, заросли шиповника и ежевики, горная речка, пересыхающая летом...

Местные жители с ужасом наблюдали за прибытием и высадкой, но позже убедились, что русские настроены мирно. Эти нищие пришельцы, нуждающиеся во всем, многочисленные и хорошо вооруженные, не пытались поживиться за счет населения. Так продолжалось и в дальнейшем, за редкими исключениями.

Взаимопонимание с жителями полуострова облегчало впоследствии многие стороны жизни: греческое православное духовенство помогало верующим продолжать церковные службы, лазарет оказывал помощь больным. Турецкие семьи приютили у себя много русских семей и относились к ним с большим участием.

Кутепов понимал, что только дисциплина спасет корпус от разложения и гибели. В лагере разбили палатки. Было подобрано и использовано все брошенное после войны. Построили знаменные площадки и ружейные парки, наметили строевой плац и стрельбище. Вскоре пришлось размечать и лагерное кладбище… Палатки и старые бараки были плохим убежищем в зимний период. Не хватало топлива. Начались массовые заболевания. В отсутствие медикаментов только за декабрь-январь умерло около 250 человек.

Все питание в Галлиполи взяли в свои руки французы. Русские корабли и запасы продовольствия, вывезенные из Крыма, окупили расходы. Корниловский ударный полк арендовал клочок земли, с которого удалось собрать какой-то урожай. Организовали ловлю рыбы. Проложили 9-километровую узкоколейку из города в лагерь. «Голыми руками из хлама» — как выразился французский комендант Галлиполи.

Эта зима стала тяжелым испытанием. «Кто мы — беженцы или армия? Кончена ли борьба? Что будет с нами завтра?» Эти вопросы вставали перед русскими эмигрантами. Прилагались огромные усилия, чтобы сохранить дух людей. Кутепов реорганизовал корпус. Новые дивизии возглавили генералы Витковский, Туркул, Скоблин, Барбович. Были введены регулярные занятия строевой и боевой подготовкой, выставлялись караулы, несли службу наряды, проводились смотры и парады. Сначала к строевым занятиям относились как к бесполезной «игре в солдатики». Но постепенно она стала захватывать. Корпус снова приобрел воинский вид, и «беженская психология» пошла на убыль.

Велись работы по благоустройству. Открывались курсы, самодеятельный театр, было организовано обучение различным ремеслам. С января-февраля в Галлиполи функционировали военные юнкерские училища, гимназия, церкви и даже детский сад. Проводились спортивные состязания, футбольные матчи — в корпусе было организовано 23 команды. На каждый русский спортивный «байрам», на праздники и парады охотно приходили и местные жители.

В корпусе шла активная культурная жизнь. Устраивались концерты, работали два театра, городской и лагерный. По репродуктору зачитывалась «устная газета». Издавались машинописные журналы, литературные и юмористические, с массой стихов и рисунков. Уже в 1932–1933 годах в Софии вышел альбом карикатур, сделанных М. Г. Чернявским под псевдонимом «Зеро». Рисунки созданы в духе незлой насмешки над своей судьбой, добродушной самоиронии. 

Сохранить армиюГенерал А. П. Кутепов

Благодаря энергичной деятельности генерала Кутепова разгромленная и фактически интернированная армия ожила. Разрозненные остатки войск генерала Врангеля, отступившие в море и выброшенные зимой на пустынный берег разбитого городка, в несколько месяцев создали при самых неблагоприятных условиях крепкий центр русской государственности на чужбине.

Командир французского Экспедиционного корпуса генерал Шапри после визита в лагерь в марте 1921 года признавал, что вместо ожидаемой картины табора деморализованных эмигрантов его встретила… армия. Такое положение дел не устраивало Францию. Содержать Русскую армию в районе проливов было дорого, ненужно и бесперспективно с точки зрения французских интересов, даже опасно.

Союзники выдвинули Врангелю несколько требований. Во-первых, разоружить войска. Во-вторых, сложить с себя командование и распустить воинские части, переведя их на положение беженцев. Врангель категорически отказывался выполнять эти требования: армия была структурой, которая позволяла сохранять единство русских. Он считал преступным сводить на нет такую силу — тысячи опытных и закаленных в двух войнах офицеров и солдат. Франция была поставлена перед фактом существования в районе проливов армии, которая не подчиняется ни одному из правительств и слушается только своего главнокомандующего.

Изменение курса политики Франции после падения кабинета Лейга привело к смене высшего французского командования в Константинополе. В апреле 1921 года Франция окончательно отказалась видеть разницу между Русской армией и гражданскими беженцами. Благодаря тактичным действиям обеих сторон все острые вопросы решались в общем мирно. Французское командование добивалось рассеяния армии, посылая агитаторов в части корпуса для пропаганды переселения, например в Бразилию. В Галлиполи, Лемносе, Константинополе шла запись во французский Иностранный легион, воевавший в Алжире, во французскую армию на Ближнем Востоке. В мае 1921 года французы предложили желающим выехать на работу в славянские страны и предоставили для этого пароходы. Уехало около 3 тысяч человек.

Второй раз войскам зимовать в Галлиполи не пришлось. Русское командование ускорило переезд всех оставшихся в Сербию и Болгарию. Осенью 1921 года начался отъезд, и к декабрю все подразделения Русской армии покинули Галлиполи. Войска сохраняли боеспособность в расчете на «новый весенний Кубанский поход» до мая 1923 года. 

Дальнейший путь Белой армии

Уже в 1920-е годы в среде белых эмигрантов стало пропагандироваться «возвращенчество» — движение, направленное на примирение с советской властью и возвращение на родину. В 1922–1923 годах развертывается ожесточенная борьба между просоветской организацией «Союз возвращения на Родину (Совнарод)» и противниками репатриации.

В эмиграции галлиполийцы отличались особой спайкой и непримиримостью к большевизму. В 1924 году Врангелем, вместе с генералами Миллером и Кутеповым, был создан РОВС — Русский общевоинский союз. Член союза оставался офицером или рядовым, платил взносы, получал при необходимости помощь. Он ощущал свою сопричастность к русскому эмигрантскому сообществу, оставаясь «спящей» боевой единицей. Борьба белых и красных после открытого противостояния приняла иные формы, став борьбой спецслужб, информационной войной.